Zu den Inhalten springen
International Medical Services & Business Development
Официальный сайт Университетской клиники г. Фрайбурга

В полном сознании

[03.11.2016]

Дыхательная трубка, катетер в мочевом пузыре, внутривенные полюса: никто не любит лежать в отделении интенсивной терапии. Но если такое случается, то пережить пребывание здесь больному помогут сильнодействующие седативные препараты. Профессор, д.м.н. Хармут Бюркле, главный врач отделения анестезиологии и интенсивной терапии Университетской клиники г. Фрайбурга и его заместитель д.м.н. Иоханнес Кальбхен поясняют нам, почему они предпочитают, несмотря ни на что, держать своих пациентов в полном сознании.

- Почему я, как пациент отделения интенсивной терапии, должен всё время находиться у вас в состоянии бодрствования?

Чем дольше Вы будете бодрствовать, тем быстрее Вы покинете наше отделение. Вы меньше времени будете находиться на искусственном дыхании, сможете избежать риска появления пролежней и таких тяжелых осложнений, как, например, воспаление лёгких.

- Но, тем не менее, здесь есть ведь и существенные минусы, например, слишком большая психическая нагрузка на организм пациента?

Верно. Но длительный прием сильнодействующих седативных препаратов не менее вреден для организма. Пациент, находящийся под воздействием седативных веществ, может почти полностью проснуться, если он захочет пить, почувствует боль или беспокойство. Но он никак не сможет выразить эти ощущения. Многие пациенты вспоминают потом такие моменты, а треть из них позже борется с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР).

- А бодрствующие пациенты меньше подвержены стрессу?

У бодрствующих пациентов есть преимущество в том, что они могут выражать свои желания, а мы в состоянии им помочь. Если у кого-то сильная боль, он незамедлительно получает соответствующее болеутоляющее средство, а тот, кто испытывает беспокойство или страх, может поговорить с терапевтом или психологом и принять успокоительные лекарства. До сегодняшнего времени неизвестно ни одного случая ПТРС у пациентов, которые находились в отделении интенсивной терапии в состоянии полного сознания. Кроме того, такие пациенты сами активно участвуют в процессе своего восстановления. Если они, например, находятся на искусственной вентиляции легких, или им необходимы медикаменты, способствующие поддержанию кровообращения, они при помощи физиотерапевтических упражнений могут улучшить функцию кровообращения и укрепить лёгкие.

- Начиная с 2013 года, Вы большей частью отказались от применения седативных веществ и, тем самым, совершили новаторские шаги. Насколько трудно было перестраиваться?

Распорядок в отделении поменялся полностью. Вначале было опасение, что бодрствующие пациенты прибавят нам работы. Но вышло совсем наоборот: такие пациенты зачастую могут сами себя обслужить, например, самостоятельно утолить жажду, воспользоваться болеутоляющими средствами, лечь поудобнее, укрыться одеялом или раскрыться. Но, в то же время, рабочие процессы стали менее предсказуемыми. Эти изменения прежде всего коснулись обслуживающего персонала. Но, в целом, осуществить этот переход мы смогли только благодаря нашей сплоченной рабочей команде. Мы стараемся использовать все возможности, чтобы удовлетворить потребности наших пациентов. Массаж, активная физиотерапия с всевозможными прикроватными тренажерами, эрготерапия, а также психологическое сопровождение и душевный настрой пациентов имеют большое значение для их выздоровления.

- Что изменилось для Вас лично после перехода на новый уровень лечения больных?

Общение с пациентами стало более интенсивным. Одним из самых ярких примеров для нас была пациентка с нарушением дыхательной функции. Несмотря на то, что её жизнь зависела от аппарата, снабжающего кровь кислородом, она отпраздновала свой День Рождения вместе с дочерью у нас в отделении интенсивной терапии. Позже она поблагодарила нас за ту высокую степень автономии, которую она испытала в этой экстремальной ситуации.

- Где же находятся границы интенсивной терапии без погружения пациента в сон?

Совершенно очевидно, что некоторые случаи заболеваний можно лечить только при условии глубокой седации, например, при черепно-мозговой травме. А, в остальном, седативные препараты назначаются по потребности: некоторым они вовсе не нужны, другим необходимы в полной мере.

- Господин профессор, совместно с Немецким обществом анестезии и интенсивной терапии Вы разработали методические рекомендации, предлагающие применять меньше седации для пациентов в условиях интенсивной терапии. Что привело Вас к этому?

В работе над этими директивами мы проанализировали данные многочисленных исследований и смогли опровергнуть распространённые заблуждения. Так, например, пациент, находящийся в седативном сне, не способен полностью уснуть, как считалось раньше, так как лекарственные препараты препятствуют протеканию нормальных фаз сна. А пожилые пациенты после глубокой седации зачастую страдают рассеянностью сознания, бредят. Седативные препараты это функциональное расстройство мозга не устраняют, а лишь скрывают. Без погружения пациента в искусственный сон бред у пациента распознаваем, а, значит, излечим. Чем больше пациентов мы вылечим, поддерживая их в состоянии полного сознания, тем больше опыта и знаний мы приобретем для того, чтобы в дальнейшем обеспечивать оптимальное лечение и уход за тяжелобольными.

Назад